Известно, что родившийся в мордовском селе Баево Симбирской губернии (ныне Ардатовский район Мордовии) гениальный скульптор Степан Нефедов, прославившийся во всем мире под фамилией Эрьзя, почти четверть века провёл в далёкой Аргентине.

В Буэнос-Айрес он приехал со своей персональной выставкой в 1927 году. И согласно официальным источникам, остался там по личному приглашению президента Марсело де Альвеара, которого самобытное творчество художника-мордвина очаровало, ещё когда будущий руководитель латиноамериканского государства служил послом во Франции, где в ту пору экспонировались работы Эрьзи.

Именно в Аргентине совершенно неожиданно для самого себя художник обнаружил необыкновенный материал, растущее в аргентинских лесах субтропическое дерево кебрачо, обладающее необыкновенной твердостью, выразительной текстурой и естественным пластическим рисунком с широким диапазоном цветовых оттенков. Как раз то, что требовалось Эрьзе для воплощения его творческих замыслов, что он долго искал в Европе, на Кавказе и Урале.

На Родину, в Советский Союз он сумел вернуться лишь 1950-ом, забрав с собой более 250 произведений. Большая их часть теперь хранится в нашем Республиканском музее, названном именем мастера. Однако немало Эрьзинских работ раскидано по разным странам, хранятся в частных коллекциях, периодически они всплывают на художественных аукционах.  

Лишь в Аргентине по приблизительным сведениям имеется порядка 150, созданных им скульптурных портретов.

В Буэнос-Айресе спасают «Сон»

К примеру, одна из скульптур «Сон» - выполненная в 1919 году из уральского мрамора (однако!) женская фигурка (она, кстати, экспонировалась на многих международных выставках и спустя 20 лет была приобретена муниципалитетом Буэнос-Айреса) до недавних пор размещалась впритык к оживлённой автомагистрали Боедо аргентинской столицы. Пока специалисты Международного фонда искусств имени Степана Эрьзи не убедили местное начальство демонтировать уже изрядно подпорченный неблагоприятной экологией «Сон». После восстановительной реставрации оригинал будет экспонироваться в одном из музеев Буэнос-Айреса. А на улице Боедо установят изготовленную в Москве точную копию скульптуры.

В Музее театра города Санта Фе представители фонда обнаружили ещё одно творение – утончённо-изящную «Балерину», надежно вмурованную в нишу стены. По мнению специалистов, скульптура действительно создана Степаном Эрьзей, который явно питал эстетическое пристрастие к хореографическому искусству. Странно только, что сделана аргентинская танцовщица из ферро-цемента.

Погибающие шедевры

Ну, уж коли камень подвержен разрушению под влиянием естественных природных процессов, что говорить о деревянных творениях. Меж тем, многие Эрьзинские работы в Аргентине находятся под открытым небом, поливаются тропическим дождями, подвергаются климатическим перепадам температур и т.п.

Вице-президент Эрьзинского фонда, искусствовед Елена Бутрова ужаснулась, увидев надгробный бюст уругвайского поэта Орасио Кироги, с которым скульптор близко общался. Их судьбы оказались похожи. Кирога тоже большую часть жизни провёл на чужбине, где заслужил профессиональное признание, но не обрёл личного счастья. Его фантастические сказки переводили на многие языки, переиздавали огромными тиражами, называя автора «латиноамериканским Киплингом» (между прочим, «Анаконда» Орасио Кироги явилась основой одноименного голливудского кинобестселлера).

С. Эрьзя создал его портрет-надгробие, который несколько десятилетий стоял на берегу реки, где любил отдыхать Кирога. Местные власти, надо полагать из самых лучших побуждений, раскрасили скульптуру в разные цвета, покрыли лаком, что, однако, не защитило её от жучков-древоедов. Поняв, что, произведению грозит гибель, попытались сделать его копию. Но не учли специфику материала. Слепок пробовали изготовить из гипса, а он заштукатурил «моршинки», тем самым ещё сильнее изуродовав портрет.

В общем, Эрьзинского «Кирогу» требовалось срочно спасать! Только аргентинцы, боготворящие талант Эрьзи, не владеют искусством реанимации деревянной скульптуры. Поэтому российского реставратора Александра Толокина, придумавшего собственную методику возрождения Эрьзинских творений, латиноамериканцы приняли будто мага-волшебника.

Александр Николаевич, почти 20 лет работал в нашем Республиканском музее изоискусств, провел консервацию и малую реставрацию всей коллекции (более 205!) произведений, а также полную или частичную реставрацию свыше 70 произведений С.Эрьзи. Для заделки «ран» на древесине он изобрёл авторскую мастику, а при создании скульптурных копий Толокин использует современные технологии, не причиняющие вреда оригиналу.

На рюмку водки – к ювелиру

Понятно, аргентинцы, знающие цену настоящему искусству, вряд ли согласятся расстаться с хранящимися у них подлинниками Эрьзинских шедевров. Однако удалось найти консенсус: фонд финансирует расходы на реставрацию подлинников в обмен на разрешение сделать копию с произведений Эрьзи. Кроме того, по инициативе и под руководством президента Российской академии художеств Зураба Церетели готовятся эскизы памятника Степану Эрьзя, который планируется установить в Аргентине.

А фонд, получивший право на издание литературно-документальная повести «Великий Эрьзя. Признание и трагедия», основанной на личных воспоминаниях советского дипломата Юрия Папорова, близко знавшего скульптора и активно общавшегося с ним в Буэнос-Айресе в сороковые годы ХХ века и позже – в Москве, теперь с авторского согласия выпустил эту книгу ещё и на испанском языке. К сожалению, Юрий Николаевич месяца не дожил до выхода испаноязычного варианта «…Признания и трагедии». Зато его книга нынешним летом была презентована на Южно-Американском континенте в Аргентине, Уругвае и Парагвае.

Новое издание «Великого Эрьзи» (к слову, первый, русскоязычный вариант издавался нашим Республиканским музеем изоискусств к 130-летию скульптора) дополнено ранее нигде не публиковавшимися сведениями и фактами биографии Мастера, фотографиями из личных архивов.

В частности, авторитетный профессор Буэнос-Айросского университета, психолог Моурисио Неуман в раннем детстве неоднократно видел Эрьзю, захаживавшего в гости к его родителям. Отец Моурисио, в начале XX века мигрировавший из Санкт-Петербурга в Латинскую Америку, до большевистской революции работал в ювелирной мастерской Фаберже, выполнял vip-заказы для Императорского двора. Дон Неуман рассказал, как его батюшка вечерами, за рюмкой водочки в компании со скульптором горевал о покинутой Родине, а иногда они на пару отплясывали казачок.

Синьор Фанего, владелец богемного арт-кафе «Тортони», завсегдатаями коего являются многие мировые знаменитости (там любили выпить чашечку кофе физик Энштейн, художник Борхес, актриса Лолита Торрес, а недавно заглядывала Хилари Клинтон), подарил организаторам фонда фотографию. Там Эрьзя (с его обычной трубкой) и его приятели беседуют в специальном зале для курящих. 

Вот тебе и урундай

Елена Бутрова, долгие годы посвятившая изучению творчества Эрьзи, давно мечтала собственными глазами посмотреть, как и где растут деревья, увековечившие талант выдающегося мордовского скульптора. Любопытно, но внешне по форме кроны тропические квебрачо напоминают нашу плакучую иву.

Аборигены Латинской Америки использовали прочную древесину кебрачо, альгарробо и урундай  (по энергетическому потенциалу они не уступают каменному углю) сугубо в практических целях – для растопки печей, производства железодорожных шпал. А Эрьзя вдруг раскрыл безгранично богатую «душу» этих удивительных растений. Между прочим, в провинции Чако, издавна славящейся кебрачевыми лесами, рощами альгароббо и урундай, последние десятилетия регулярно проводятся международные биенале с участием скульпторов из разных стран-континентов, почитающих Эрьзю своим кумиром. 

Когда бы знали, из какого древа…

Квебрачо - название нескольких видов южноамериканских вечнозеленых субтропических деревьев, достигающих высоты ствола13-20 м., произрастающих в западной Аргентине, Чили и Боливии. Кроме хозяйственно-бытовых целей, его сырье применяется в медицине для лечения больных пневмокониозом, спастическим бронхитом, сердечной астмой, а также как общеукрепляющее средство.

Цена раритетов

На антикварных торгах периодически «всплывают» произведения, выдаваемые за скульптуры Степана Эрьзи. Правда, авторство большинства из них у специалистов-эрьзеведов вызывает сомнение. Хотя, изредка на аукционах выставляются и подлинники. Так популярному эстрадному певцу Дмитрию Маликову, собирающему художественные раритеты, повезло приобрести небольшой скульптурный портрет, действительно созданный Эрьзей. Среди преданных поклонников мордовского Гения немало знаменитых политиков, спортсменов, артистов, в том числе и поэт Белла Ахмадулина. Что касается стоимости. Счастливые обладатели раритетов предпочитают не афишировать, за какую «копеечку» им достаются шедевры. Допустим, стартовая аукционная цена не особо крупной «Женской головки» из кебрачо высотой менее полуметра – 50 тыс. долларов. А за Эрьзинскую работу, подаренную в этом году нашему Республиканскому музею изоискусств, Минкультуры РФ заплатило 3 миллиона рублей.

Мила МЕЛЬНИКОВА.

23.08.2010 №124 (24.369)