Говорят, что красота – это непрочный материал. Ее главный враг – годы. Но существует способ увековечить прекрасное, навсегда остановив время. Однако сделать это может лишь настоящий творец. Таким певцом женской красоты был художник Федот Сычков, которого по праву считают «своим» и мордва, и пензяки. Яркие, запоминающиеся народные образы, прекрасные своим здоровьем и жизнерадостностью, предстают перед нами на его полотнах. Русский по национальности, художник по собственному утверждению был «связан с мордвой крепко и пожизненно». Наверное, поэтому его портреты мордовских женщин выглядят столь убедительно и живо. И в лицах сегодняшних красавиц-мордовок и эрзянок читаются черты сычковских героинь. Кто они, эти румяные и круглощекие незнакомки, от одного взгляда на которых поет мордовская душа? С кого писал художник свои колоритные национальные образы? Ответить на эти вопросы нам помогли сотрудники Мордовского республиканского музея изобразительных искусств им. С.Д. Эрьзи.

Русский взгляд на мордовскую красоту

В 1930 году русское село Кочелаево (тогда Наровчатского уезда Пензенской губернии, а ныне Ковылкинского района Республики Мордовии) – родина Федота Сычкова, вместе с другими землями вошло в состав Мордовской автономной области. Эта дата стала точкой отсчета нового периода в творчестве мастера. И в жизни родного художнику села, и на его полотнах появились новые героини. Яркие – так одним словом можно охарактеризовать мордовок Сычкова. Яркие наряды, яркие, будто бы излучающие свет, лица, яркие личности, наконец. О последнем говорят истории создания картин мастера.

Полотен, изображающих национальные образы, у Сычкова немного. Певцу юности и красоты важно было запечатлеть очарование женщины, а не ее принадлежность к той или иной социальной группе. Потому образ каждой сычковской девушки в мокшанском или эрзянском национальном костюме – это не формальное напоминание о национальности, а естественное желание рассказать миру о красоте мордовской крестьянки, попытаться в очередной раз остановить время.

«Нарисуйте нас!»

Не всегда Сычков выбирал своих натурщиц. Случалось, что будущие героини шедевров сами выбирали своего мастера.

- Здравствуйте, нам сказали, что Вы – художник. Нарисуйте нас! – C таким заявлением, если не сказать требованием, в один из выходных дней 1938 года вошли в кочелаевскую мастерскую Федота Сычкова две бойкие, ладные мордовки.

- А зачем мне вас рисовать? – спросил очарованный смелостью посетительниц художник, пряча за стеклами очков довольные искорки в глазах.

- Как зачем?! – с недоумением переглянулись девушки. - Да ведь мы на курсах механизаторов при МТС учимся. Будем первыми девчатами-трактористками в нашем селе! Может, и во всей Мордовии… - Ну раз первыми… - согласился мастер. Вот такие они мордовочки! С ними не поспоришь.

Пока слушал художник своих напористых, пышущих здоровьем посетительниц, глядел на молодые, взволнованные лица, невольно подмечал все: характерные особенности образа, манеру держаться, яркую цветовую гамму национальных костюмов.

Работа заняла совсем немного времени – всего несколько часов. Писать мордовочек-трактористок оказалось – одно удовольствие. И вот уже на портрете сидят девчата обнявшись. У белокурой лицо так и сияет улыбкой. Ясной, беззаботной. Ее темноволосая подруга – построже. Она устремила мечтательный взгляд куда-то вдаль.

Бегут года. Несколько лет назад журналист «ИМ» встречалась с одной из тех девушек, с которых рисовал Сычков своих мордовок, теперь уже женщину почтенного возраста. Ну а с полотна мастера смотрят на нас вечно юные мокшанки-трактористки, жива их красота. Перехитрил Сычков время.

Мордовка нового времени

Совсем другой национальный образ мы видим на полотне «Учительница-мордовка» - одной из лучших работ мастера. С мажорным колоритом портрета неожиданно будто бы контрастирует вдумчивый, серьезный, даже строгий взгляд девушки в праздничном национальном костюме. Хорошо образованная, умная женщина спокойна и уверенна в себе. И только юная свежесть чистого овала, нежный румянец на пухлых щеках удивительно гармонируют с фоном портрета – ярким, залитым солнцем, напоенным благоуханием цветов.

Учительница-мордовка – это не собирательный образ. Ее художник писал с Софьи Павловны Рябовой, жены тогдашнего председателя Союза художников Мордовии В.Д. Хрымова, друга и ученика Федота Сычкова. Тонкая и утонченная интеллигентка – такой мордовскую женщину еще не изображал никто.

Судьба Софьи Павловны сложилась непросто. Ее брат, известный в Мордовии лингвист, педагог и общественный деятель, был репрессирован и расстрелян в 1938 году. Может быть, поэтому угроза репрессии, которая нависла и над мужем Софьи, так напугала ее. И она ушла от него к писателю Алексею Дорогойченко. Непростой образ, неординарная женщина, тонкий портрет мастера, который сумел уловить все нюансы характерной героини.

Спутница жизни

За плечами практически каждого гениального творца стоит женщина, которая своей поддержкой и мудростью поддерживала огонь таланта любимого человека. Такой музой стала для Федота Васильевича Сычкова его жена – Лидия Николаевна. Она, как и муж, живо интересовалась народной культурой, в том числе и мордовской. Лидия Николаевна бережно собирала предметы национального костюма, украшения. В ее коллекции было невероятное количество шалей, рубах, головных уборов, поясов, бус… Все это богатство использовал в своих портретах Федот Васильевич.

К примеру, на полотне «За работой. Подруги» изображены как-будто бы девушки- мокшанки. В традиционном платке, панаре, поясных украшениях. Однако на самом деле это русские девушки, которых по велению сердца художник облачил в мордовский национальный наряд из своей личной коллекции.

В образе героини картины Сычкова «Эрзянка», относящейся к позднему периоду творчества автора, современники читали черты жены художника. Вполне возможно, что Федот Васильевич попросил русскую по национальности, как и он сам, Лидию Николаевну попозировать для очередного шедевра. Надо сказать, что многие искусствоведы признают «Эрзянку» лучшей работой мастера. Точно прописанные элементы эрзянского наряда, блистательная улыбка героини – визитная карточка художника - в сочетании с романтическим и нежным зимним пейзажем, на фоне которого написан портрет – позволяет считать, что именно это полотно является вершиной творческого мастерства художника.

Народный идеал 

Какая же она – сычковская мордовка? Да такая же, как и сегодняшняя мокшанская или эрзянская красавица! Очаровательная в своей естественности, жизнерадостная и прекрасная.

Может быть, поэтому в парижском кабинете Алесандра Авдеева, тогда еще российского посла во Франции, висел сычковский портрет красавицы-мордовки.

Конечно, идеал народной красоты того времени далек от классических канонов или сегодняшних стандартов, продиктованных нам обложками глянцевых журналов. Розовощекая, статная, крепкая женщина с аппетитными формами – именно такие героини привлекали Сычкова. Конечно, можно говорить о чертах лица, характерных именно мордовской женщине, которые читаются и в сычковских героинях, - круглолицесть, высокие скулы, которые добавляют лицу еще больше мягкости… Но это ли важно?

Важнее, к примеру, что никто так, как Сычков, не писал женскую улыбку. Смотришь на картину – и будто слышишь заливистый смех и веселый «щебет» девушек. Юность, радость и народная красота – вне времени и национальности!

Анастасия МИШАНИНА.

03.03.2010 №30 (24.275)