Хореограф Алексей Батраков сохраняет верность своему творческому кредо. И его новый, с позволения сказать, спектакль, названный «Был бы мир моим...», как и поставленные им в Саранске предыдущие, сконструирован из отдельных композиций. Правда, тут они закольцованы на главную героиню, в чьем воображении якобы и возникают различные психоделические сюжеты, которые, по замыслу постановщика, должны раскрыть различные вероятные варианты взаимоотношений между мужчиной и женщиной.

Авторская идея весьма витиевато излагается в программке: «игра со временем в мыслях, движениях и чувствах, воплощенная в реальность…» с отсылом к пространной цитате некого «известного украинского психотерапевта и гомеопата В.В. Синельникова».

В действительности сначала зритель видит на сцене, опутанной гигантской красной паутиной, девушку, которая, сидя на полу, стучит по клавиатуре пишущей машинки. И из ее девичьих фантазий, надо полагать, рождаются картины счастливой и несчастной любви, романтических чувств, разочарований, стараний и т.п.

Только картины получились, мягко говоря, неравнозначные - и по стилистике, и по исполнению.

Да, есть отдельные небезынтересные хореографические решения. К примеру, любопытная «звучащая» пластическая партитура «ФОРТЕ-пиано» с оригинальным черно-белым «клавишным» мотивом в костюмах артистов (очень неплохая работа молодого художника по костюмам Таисии Юрасовой).

Внешне вполне приятным утонченно-академичным получился «Романс» на музыку Свиридова в исполнении солистов Дмитрия Владимирова и Регины Белоглазовой. Без всяких авангардистских изысков и головокружительных па. Неизбалованной балетными шедеврами публике порой достаточно просто видеть гармоничный дуэт с красивыми линиями, понятную драматургию танца и восхищаться красивыми «певучими» руками балерины.

Инна Вильдеманова, очень точно освоив специфику кошачьей пластики, создает переменчивый характер женщины - соблазнительной, но в то же время независимо своенравной, способной быть и домашней, ласково-мягкой, однако порой выпускать острые коготки.

Необычно смотрится «роза» - в исполнении Елены Синдяйкиной - нежным, застенчиво-влюбленным, хрупким и ранимым существом. Только с кавалером ей на сей раз не повезло. Её партнеру Алексею Чумакову категорически не удавалось «войти в образ».

Признаемся, большинство рядовых зрителей специального хореографического образования не имеют, но и без оного любой заметит исполнительскую «грязь», которой в премьерном «…мире» оказалось больше, чем завозного песка на саранских дорогах нынешней зимой. А коли артистам не хватает элементарного технического мастерства, вряд ли стоит рассчитывать на зрелищный эффект. Верно, потому и «Танго судьбы» оказалось напрочь лишено какой-либо страстности. И «Лебедь» Сен-Санса в нетрадиционной мужской трактовке (артист Максим Гринин) не обрел желаемого пародийного прочтения, выглядел банальным невнятно-корявым номером скороспелой школьной самодеятельности. И тут уж никакая самая шлягерная музыка - ни классическая, ни современная - не спасет.

Вообще, как ни печально, нынешняя премьера продемонстрировала явные проблемы с профессиональной подготовкой артистов балета Республиканского музыкального театра имени И.М. Яушева. Можно, конечно, сослаться на то, что исполнители недостаточно хорошо отрепетировали новый материал. Но зритель-то чем виноват?

Мила МЕЛЬНИКОВА.

19.02.2010 №25 (24.270)